Аперитив - Продажа квартир в Запорожье, аренда земли, помещений на крупнейшем сайте бесплатных объявлений Запорожья и запорожского региона.

Продолжим о высоком. Василий Аксёнов. Прочитанный запоем роман “Ожог” в середине застойных 80-х казался свободным от давления идеологии и от “внутреннего цензора”, от штампов соцреализма, от любых запретов и догм. В одной книге писатель высказал всё, чего нельзя и как нельзя: смешно — о советской действительности, страшно — о сталинских лагерях, откровенно — о сексе, честно — о мерзавцах любого уровня, романтично — о молодости и о себе, и как всегда, пронзительно — о судьбах русской интеллигенции. Этот роман был написан просто потому, что не мог быть не написан. Он вырвался из души, как крик, как выдох. Невероятный, невозможный, немыслимо высокий для тех лет градус свободы — настоящая обжигающая проза, донельзя напряженное действие которой разворачивается в Москве, Ленинграде, Крыму шестидесятых – семидесятых годов и «столице Колымского края» Магадане сороковых – пятидесятых, обжигает мрачной фантасмагорией советских реалий. Главный герой романа как бы состоит из пяти персонажей, объединенных общим отчеством. С этим связана сложная композиция романа: каждый эпизод описывается несколько раз – как происходящий с разными «составляющими» героя. В романе воплотились основные повествовательные приемы Аксенова: замысловатый сюжет, необычность ситуаций и имен (Аристарх Куницер, Геннадий Малькольмов, Самсон Саблер, Пантелей Пантелей и др.). Разные повествователи с одним отчеством — Аполлинариевич — на метафорическом уровне становятся детьми одного античного божества — Аполлона, покровителя наук и искусств. Связь повествователей с наукой и культурой подчеркивается и их профессиями: скульптор, писатель, хирург, музыкант, биолог. Сюжет частной жизни Штейнбока резко противопоставлен миру окружающей действительности, миру тоталитарною общества.

Этот мир в “Ожоге” однозначно связывается с темой насилия и зла. Внешний мир приводит повествователей к постоянным кризисам, и разочарованиям, к борьбе за свою творческую независимость. Тоталитарный мир — это также мир хаоса и абсурда. Абсурдность тоталитарного бытия видна во всех деталях. Так, единственную одежду, которую стоит покупать, носят только сами продавцы магазинов; центрами социального общения становятся пивные ларьки, в которых хронически нет пива; гардеробщики, официанты и бармены — старшие офицеры КГБ, то есть государственные чиновники; военный парад оказывается невозможным, поскольку танки требуют капитального ремонта. В этом абсурдном мире на части дробится не только автор, но и его возлюбленная, которая оборачивается то Мариной Влади, то Марией Кулаго, то Алисой, то заключенной, то медсестрой, то актрисой. Критики называли “Ожог” лирическим произведением, своеобразным плачем писателя по ушедшей молодости.
Аксенов написал роман “Ожог” в 1975 году, но в тот период он не был опубликован. Биографы, ссылаясь на самого Аксенова, упоминали, что в 1977 году его посетили представители КГБ, которые заявили о том, что органам госбезопасности стало известно содержание “Ожога”, и, в случае попытки публикации этого произведения, в СССР писателя “ждут большие неприятности”. Полковник КГБ СССР Ярослав Карпович позднее рассказывал, что между ним и Аксеновым было заключено “джентльменское соглашение” о том, что писатель не будет публиковать роман.
Совершенно кстати попалось на глаза довольно давнее интервью Василия Аксёнова “Российской газете” опубликованное ещё в апреле 2007г. Рекомендую почитать.

Видите, какая потрясающая книга (показывает книгу “Редкие земли”. - Ред.). Очень красиво сделана. По-моему, лучшая книга в моей жизни. Но когда мне привезли сигнальный экземпляр, я открыл ее на 161-й странице и увидел, что 8 страниц не хватает. Причем пропал самый ключевой момент. Заседает некая странная Академия Общего Порядка. Там сидят такие затаившиеся большевики. Кстати, это базируется на реальной истории, которую я почерпнул в журнале Terra Nova (русскоязычный журнал, выходящий в Калифорнии. - Прим. ред.). Элегантный журнал, печатающий русских интеллектуалов. Там я прочитал статью про некую московскую академию, в которую входят крупные военные, ученые, артисты. Автор статьи пишет: “Вообразите себе, какие темы они обсуждают. “Заслуги органов охраны исправительно-трудовых лагерей, которые совместно с заключенными организовали во время Великой Отечественной войны содружество и помогали армии и флоту, а также помогли сотням тысяч заключенных приобрести профессию”. Какой-то кандидат юридических наук, генерал-майор, делал об этом доклад. И все его слушали. Это побудило меня придумать свою Академию Общего Порядка. И вот именно этот кусок из книги исчез. Потом меня уверяли, что дело нечисто, не иначе как вмешались те самые “академики”. И вышла такая книга тиражом 50 тысяч экземпляров. Пришлось срочно допечатать вкладыш и назвать его “Потерянный фрагмент”.РГ | Как возник замысел романа? Аксенов | 30 с лишним лет назад я написал для детей приключенческую дилогию: “Мой дедушка - памятник” и “Сундучок, в котором что-то стучит”. Меня все время донимали друзья: почему ты не напишешь третью книгу, чтобы была трилогия? Я отнекивался. Но после романа “Вольтерьянцы и вольтерьянки” я решил закончить детскую трилогию. В начале романа герой-автор еще не знает, о чем он будет писать. И вдруг понимает, что будет писать именно о том прототипе, которого он описал в повести “Мой дедушка - памятник”. Тогда герою было 12 лет, а теперь 43 года. И он сидит в тюрьме. Почему-то именно такая фраза ложилась в начало: 43-летний человек сидит в тюрьме. Я еще не знал, что с ним случилось, но постепенно все само собой вырисовывалось. Он - глава некой корпорации. Бывший комсомолец. Куда мог пойти учиться мой юный герой Гена Стратофонтов? В МГИМО, конечно. Он должен быть активным комсомольцем и фанатиком Африки. Он должен быть связанным с органами, конечно. Он прямо говорит: если понадобится, буду контактировать с органами ради того, чтобы попасть в Африку. РГ | В вашем романе много остросюжетных историй. Но всех, конечно, интересует вопрос: у главного героя прототип -Ходорковский? Аксенов | Не совсем. Я был на суде Ходорковского. Я сидел в метре от его ноги, которая высовывалась из клетки. Мы с ним даже разговаривали вначале, потом нам запретили. Он сказал: “Я все ваши книги перечитал в тюрьме”. Но мой герой не Ходорковский. Ходорковский - человек жесткий, прагматический, а Стратофонтов - авантюрист, герой нашего времени. РГ | Вы увлекательно рассказываете сюжет своего романа. Но Лев Толстой говорил, что его “Анну Каренину” пересказать невозможно. Не изменяете ли вы тайне творчества? Аксенов | Когда я пишу, то не знаю, что через пять страниц произойдет. Заранее делать какой-то план я не могу. Тогда мне было бы неинтересно работать. РГ | Канал Russin today, созданный для поднятия имиджа России за рубежом, существенным образом улучшил восприятие России? Аксенов | По-моему, он никак не повлиял на имидж России. Во Франции мне никто никогда не говорил об этом.

Читать интервью полностью